«МОЙ ОТЕЛЬ - ОН ДОМАШНИЙ», - ЕКАТЕРИНА ПРОЦЕНКО, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ МЕНЕДЖЕР ОТЕЛЯ SKYPOINT ШЕРЕМЕТЬЕВО

Подпишитесь на наш канал в Telegram
Подпишитесь на наш канал в Telegram

Уважаемые коллеги, исправляемся за небольшой косяк с нашей стороны: мы выпустили интересное интервью с Екатериной Проценко на нашем канале YouTube и в сообществе на FB, однако, забыли разместить интервью на портале. В общем, исправляемся!

Дударенко Виталий: Друзья, сейчас середина осени 2020 года, и мы все говорим про вторую волну пандемии. И действительно, гостиничная отрасль – одна из тех, кто испытывает колоссальное давление со стороны негативных факторов. Но, может быть, именно сейчас то самое время, когда можно ненадолго снять свою маску и поговорить обо всем этом с настоящим профессионалом своего дела. Мы приехали в гости к Екатерине Проценко – генеральному менеджеру и управляющей гостиницей SkyPoint, Москва. Пойдемте.

Екатерина, большое спасибо, что пригласили! Я не могу не провести параллель со своим небольшим отелем, да, там 50, чуть меньше, номеров, но у меня тоже своеобразная привокзальная история, потому что отель расположен прямо на Площади Восстания. И всегда, когда я слышу, что мне говорят: «А, у Дударенко загружается все просто, потому что он напротив вокзала»… И я знаю, что многие так думают про аэропортные отели, потому что у вас есть свой определенный сегмент пилотажных групп, как это правильно называется, и, наверное, тоже многие машут рукой и говорят: «А, им…»

Дударенко Виталий: Само.

Екатерина Проценко: Входящий трафик.

Дударенко Виталий: Вот развенчайте это для тех, кто не знает, и вообще, как работает вот отель, который рядом с аэропортом.

Екатерина Проценко: Входящий трафик никто не отменял, это правда, то есть тут грешить, правда, не на что. Но опять же вот факт пандемии говорит о том, что аэропорт закрыли, но гостиница у меня при этом работает. Поэтому нарабатывать клиентскую базу нужно обязательно, причем она у меня очень разносторонняя, все знают о том, что, да, я адепт сегментации, у меня много сегментов рынка.

Опять же, мы – три звезды, поэтому по большому счету на crew, на пилотов мне рассчитывать так-то не приходится, эти люди живут в четверках, в пятерках, у них все в райдере прописано, у них договоры. Поэтому сказать, что я имею право на это рассчитывать, – честно говоря, нет. Но по факту, конечно, crew у меня есть. Пилотов, которые летают на эконом-рейсах, никто не отменял, есть техники, которые обслуживает компании, которые тоже живут в более эконом-гостиницах. Поэтому в наличии имеются, но за них тоже приходится побороться, то есть они не сами ко мне пришли и не умоляют: «Пожалуйста, разместите к себе». Плюс, у нас здесь очень высокая конкуренция. Я понимаю, точно так же, как у вас в Петербурге, на каждом углу есть гостиничка, гостиничка либо частный дом, у нас здесь очень серьезная, высокая конкуренция. Для любого аэропорта в России у нас тут самое сосредоточение отельного бизнеса. У нас есть Novotel, Radisson, Park Inn, Holiday Inn Express, Sheraton и noname – SkyPoint, где-то в самом дальнем углу, трехзвездочная гостиница. Поэтому я среди мастодонтов выживаю.

Поэтому тяжело дается рынок, очень тяжело. Но за счет того, что мы в разных сегментах работаем, я отрабатываю корпоративный сегмент – люди, которые приезжают в командировки в Лобню, Сходню, в Химки. Это огромный кусок бизнеса, который мы отрабатываем. У меня очень хорошие MICE-возможности, у меня новые конференц-залы, у меня очень хорошее банкетное меню, то есть у меня очень хорошее оборудование в залах, и MICE-сегмент мы тоже отдельно отрабатываем. У меня очень хорошо отработана история с цепочками. Я очень мало работаю с Китаем, но я очень активно работаю с Кореей, причем с петербургской Кореей. Поэтому есть отдельно фиты у меня и загрузка с туристическим сегментом.

У меня огромное количество площадок на улице, в которых мы проводим свадьбы. Вроде бы мы аэропортовская гостиница, и всем кажется: ой, правда, провели свадьбу, улетели. Никто никуда не улетает, все тусят здесь, в моих шатрах, в беседках, в конференц-залах, банкетных залах. Это тоже большой кусок бизнеса, который дает очень хороший трафик. Поэтому вот разносторонняя история дает хороший стабильный доход.

Дударенко Виталий: Вот зацепился за три звезды, как раз делая параллель, как мы только что поговорили с Октаем Юнисовичем, он рассказал историю, что его подтолкнуло перейти из трех в четыре звезды. Вот у вас нет такой вот тоже, чтобы войти в этот более премиальный сегмент?

Екатерина Проценко: Давайте честно как бы, выйду на другой уровень конкуренции, и здесь немножко не потяну, наверное, даже не технически, а больше визуально. Раскрою вам небольшой секрет, тот корпус, в котором мы сейчас находимся, где мой кабинет, он у меня засертифицирован под четыре звезды как отдельно стоящий корпус. Но я не позиционирую это на рынке, я не использую это для маркетинга, я использую это для того, чтобы участвовать в тендерах. То есть четырехзвездочный сертификат у меня есть, но я его не пиарю. Это эффект обманутых ожиданий для гостя, они будут ждать визуально другой картинки. То есть сервисно и технически, наверное, я обеспечу и соответствую по факту этому, но ожидания гостя на четыре звезды я не оправдаю. Поэтому лучше пусть ждут 3 и получат 3+, чем ждут четыре и получат 3+. Поэтому все есть.

Дударенко Виталий: Да. Я вижу у вас на стене, здесь Алексей Волов, знакомый нам всем крутой чувак.

Екатерина Проценко: Да, конечно.

Дударенко Виталий: Да-да-да. У меня вопрос очень простой. Я знаю, что вы во многих его участвуете проектах и в том числе в кемпах. К сожалению, этим летом, да, из-за всей…

Екатерина Проценко: Следующим летом будет, я очень надеюсь.

Дударенко Виталий: Да, я думаю, что, да, Алексей… Я сам люблю туда приезжать. Здесь вопрос такой, что я когда разговаривал с ним и с другими людьми, вас приводили в пример, человека, наверное, единственного…

Екатерина Проценко: Вы меня в краску сегодня загоняете.

Дударенко Виталий: Нет. Человека, который вроде бы приезжая на Camp, то есть это некая все-таки тусовка, назовем правильно, да…

Екатерина Проценко: Конечно, конечно.

Дударенко Виталий: Но после этого собирает свою команду, устраивает разбор полетов…

Екатерина Проценко: Конечно.

Дударенко Виталий: И делает какие-то выводы, и делает какие-то нововведения. Вот как вы думаете, то есть люди едут отдыхать…

Екатерина Проценко: Нет.

Дударенко Виталий: Но после этого Екатерина приходит как директор… Для персонала, как вы думаете, это…

Екатерина Проценко: Нет, на самом деле и для персонала, прежде чем поехать, для них это не неожиданность какая-то, а они едут за счет компании, за них платит компания. И компания не обеспечивает мы отпуск, мы четко знаем, что мы едем за знаниями. И у каждого есть свой план, мы смотрим программу, и по этому плану каждый движется. Один идет, соответственно, F&B-шная история, один идет на продажи, другой идет на housekeeping, и каждый знает, что с него спросят. То есть это не неожиданность для моих сотрудников, они знают, что они едут, в том числе, за знаниями, они должны уметь все совместить. Опять же мне обидно: все гуляют, а я там то выступаю, то на каких-то презентациях, а все остальные отдыхают – ну уж нет. Как я, так и все, все в одной команде.

Опять же мне очень хочется, чтобы люди не бездумно гуляли, а правда вынесли опыт коллег. Мне очень хочется, чтобы мы не стояли на месте. Локация нас немножко ограничивает, мы варимся в собственном соку. И выход в свет для нас – это в том числе встряхнуть мозги. Я очень хочу, чтобы люди не просто погуляли, а они именно от коллег напитались, во-первых, понятием того, что не только мы одни, там, тонем в каких-то одинаковых проблемах, это очень важно, чтобы человек сам себя не загонял. И плюс, понимание того, что со всеми вопросами можно как-то бороться и обмениваться опытом. Поэтому задача, в первую очередь, опыт, конечно.

Дударенко Виталий: Екатерина, я знаю, что вы очень любите путешествовать. И я, честно, правда, слежу за вами на «Фейсбуке», да, в хорошем смысле. И действительно, когда вы пишете свои посты, вы… знаете, как у всех отельеров есть небольшая профдеформация…

Екатерина Проценко: Имеется.

Дударенко Виталий: Она есть и у рестораторов, ну и вообще у людей, которые своей профессией сильно увлечены. Я сам, когда приезжаю во многие отели, вот смотрю какие-то фишки, которые могу перенять. Вот я видел, вы там рассказывали про какую-то автоматическую урну, она очень понравилась.

Екатерина Проценко: Да, да.

Дударенко Виталий: Вот есть в отеле какие-то вещи действительно, которые вот вы увидели где-то и сказали своим девчонкам, сотрудникам: вот надо сделать так?

Екатерина Проценко: Вот из последнего, то, что я привезла из санатория «Знание», из Сочи, это то, что можно на завтраки, на питание для компании в качестве десерта делать давно забытые желе. Это и полезно, это и красиво, можно в очень красивых формочках. Просто красивые формочки желе и вместо десерта, соответственно, дорогостоящих тортов либо выпечки, выкладываются очень красивые фигурные желе, разноцветные. Это фантастически красиво смотрится, это вкусно, это напоминание детства. Это мы внедрили, хорошо работает. Экономия и красота.

Дударенко Виталий: А что-то если из технических каких-то, оснащение номеров? Или это все должно долго этапы согласования проходить?

Екатерина Проценко: Да нет, никаких у меня этапов, слава богу, нет, я сама себе более-менее предоставлена в принятии подобных решений, ну, в экономику вписаться, естественно. А из технического прямо на ум сразу ничего не идет, честно. Вспомню – скажу.

Дударенко Виталий: Как раз вы сказали про ваши вот волевые глобальные решения. Знаете, как говорят, то, что индустрия гостеприимства в рамках линейного персонала занята вся женщинами. В основном, да?

Екатерина Проценко: И это правда.

Дударенко Виталий: Но чем выше мы поднимаемся, тем все меньше там управляющих, генеральных менеджеров остается девушек. То есть вы – вот яркий представитель того…

Екатерина Проценко: Спасибо.

Дударенко Виталий: Тяжело вам работать? То есть встречаете вы какое-то мужское сопротивление? У вас же много подчиненных, в том числе и мужчин.

Екатерина Проценко: Какой-то странный вопрос. Нет. Я говорю, я человек – пример, я локомотив, который за собой тянет вагоны, и в мужской части тоже. И мне не сложно встать и к посудомоечной машине, помочь разгрузить, и в технических вопросах. У меня дагестанский айтишник, вот прямо стопроцентный дагестанский айтишник. И, естественно, человек с востока, то есть горный, ему сложно подчиняться была женщине (к вашему вопросу), и он мне сказал, первое, что было, когда я села в кресло генерального, что «не будешь лезть – сработаемся». Я сказала: «Нет, так не пойдет, я буду лезть и буду лезть везде». И, благо, по технической, айтишной части я всегда могу позвонить в HRS и спросить, не обманывает ли меня кто-то, возможно ли это. И плюс богатый опыт предыдущей работы, где было интересно все. И поэтому я говорю: «Нет, а вот в Конгресс-отель «Ареал» у меня это работало, будь добр, внедряй». Поэтому нет, гендерного различия я не чувствую. Кстати, я хочу сказать, что очень сильный тренд на GM-ов девочек – он прямо в наличии присутствует, он реально есть, женщин-управляющих стало больше, намного.

Дударенко Виталий: Вы какой тип руководителя: который умеет делегировать или, наоборот, хочет разобраться в каждой детали сначала сам, а потом уже доверяет сотрудникам?

Екатерина Проценко: Я стараюсь совмещать, потому что, конечно же, я не знаю, как правильно изобрести какое-то блюдо, конечно, я досконально не знаю, как правильно убрать номер, прямо честно, но если я хочу, я пойду и попробую, и сделаю. Если у меня есть сомнения, я обязательно проникаюсь вопросом до самого последнего. Если я понимаю, что все и без меня работает – слава тебе, господи.

Дударенко Виталий: Вот если мы говорим про персонал, мы понимаем, что в гостинице персонал – это сервисная составляющая практически в первую очередь. Вы можете представить, что когда-нибудь SkyPoint станет вот тем, условно говоря, технологическим отелем, где будет стойка саморегистрации, будут только люди, обслуживающие номера, а все гости будут заказывать допуслуги через мобильное приложение?

Екатерина Проценко: Я так не хочу. Несмотря на то, что я за любые какие-то новые айтишные решения, нововведения, я люблю стартаперов, они все приходят ко мне на точку своих каких-то новых инноваций, я такого не хочу. Вот чем хорош мой отель – он домашний. Вот несмотря на то, что у меня вот сейчас строятся новые номера, у меня будет 37о уже номеров под моим крылом, гости и партнеры ценят нас за человечность и за вот эту некую домашность, домашность кухни, немножко такой уют номерного фонда, насколько возможно, созданный в эконом-варианте, за простоту общения. Поэтому я не хочу роботов, нет. Я пас.

Дударенко Виталий: Я понял, да. Опять-таки говорить если, не касаясь сейчас пока пандемии, если говорить про тренды последних 3-4 лет, это огромный рост индивидуального туризма. То есть мы видим, что уходят крупные игроки с рынка, какие-то туристические агентства, вот английское, британское вот это агентство, очень крупное, у нас в России уходят, да, мы видим, как они переформатируются, UTA или электронные каналы очень сейчас на волне. Вот как вы… То есть я понимаю, что у вас сильный, как вы сказали, корпоративный сегмент, действительно аэропортная история, crew. А вот индивидуальный турист?

Екатерина Проценко: Ну booking-то никто не отменял, конечно, там, наверное, чуть меньше, чем одна треть бизнеса – это индивидуальное бронирование либо на UTA, либо на нашем сайте. Там все наши нововведения с ботами, системами лояльности – они тоже все очень хорошо работают. Одна треть загрузки – да, это индивидуалы, так и есть, это правда. Поэтому как бы рынок, естественно, развивается, люди ездят напрямую.

Опять же, чаще всего даже сложно предположить, что туроператор будет в том числе продавать к туру еще и ночевку в гостинице, это, скорее, какая-то нагрузка. А когда человек доходит до этого сам, продукт как бы сам и формируется, поэтому, да, люди берут стыковочные рейсы, ночуют у меня и на следующий день улетают в другую страну. И с этими же предложениям я езжу по городам и весям на воркшопы, говоря турагентствам о том, насколько сложный аэропорт и можно между рейсами просто не успеть из одного терминала в другой. Я пытаюсь, чтобы агентства это продавали, но это надо на себе прочувствовать, тогда ты поймешь. А по большей части люди, конечно, бронируют у нас сами, именно вот индивидуальные гости, которым нужны стыковочные рейсы.

Дударенко Виталий: Я понял. Хорошо. А если говорить про отдел продаж, то есть понятно, что есть Booking, но есть и прямые бронирования, вот мотивация отдела продаж, вот Октай Юнисович сегодня тоже очень говорит, что… то есть он понимает, что booking – это необходимое зло, но он говорит, он ничего не дает продажникам за продажи с booking, потому что «дайте мне прямые продажи». Вот как у вас организовано?

Екатерина Проценко: Нет, у меня, естественно, есть ревенью-менеджер, и этого никто не отменял. Глубочайшая аналитика, сбор статистики. Вот сегодня у меня очередное было совещание, мы бюджет пишем на следующий год, как бы сложно ни было, но все же. И ревенью-менеджер – тот человек, который у меня определяет всю стратегию бюджета. Поэтому у меня очень много статистики и аналитики, и, естественно, она пляшет от открытых цен, открытые цены, которые у меня есть и в онлайне, на моем сайте, в OTA, и от этого дальше уже формируется вся политика продаж. Поэтому у меня KPI есть и для тех, кто продает в booking в том числе, да, обязательно, обязательно.

Дударенко Виталий: Если касаться сложной темы пандемии, у вас есть два замечательных поста, один в марте, где вы и вся команда разносите по 100 номерам, по-моему, завтраки, а вторая отсечка – это в июне, когда вы на уборку 200 номеров выходите. Вот расскажите про время, про вот эту отсечку, начиная с марта, и когда все более-менее нормализовалось, то есть как, чем жил отель, что происходило вообще.

Екатерина Проценко: На самом деле я несколько была готова к тому, что нас ждет, не до конца, но понимание того, что рынок очень сильно падает, пришло ко мне в декабре месяце. Объясню почему. У нас перестали летать китайские авиалинии, они же были первопроходцами в пандемии. И ребята русские, кто работает на китайских авиалиниях, я с ними очень сильно дружу, приходили, мне рассказывали те ужасы, которые творились в Китае. Когда потихонечку мы начали коррелировать это на происходящее у нас, то есть в январе-феврале я четко понимала, что нас это догонит вот-вот. И я была готова, и собственников я готовила к тому, что мы можем провалиться, может полностью все закрыться, и иностранные гости могут к нам не ездить и может нас сжать полное закрытие, как в Китае. То есть, да, наверное, я не готова была полностью, но морально я понимала, что мы к этому идем, то есть чуть раньше, наверное, чем другие.

Мы на каком-то из мероприятий в январе месяце с Андреем Кузнецовым из «Золотого кольца» это обсуждали, он мне говорит: «Ну ты накрякаешь нам сейчас, все будет плохо. Мы тебе не верим, все будет хорошо. Наше государство сильное, мы все справимся, у нас такого не будет». В итоге, конечно, к сожалению, мы к этому пришли, поэтому морально я была готова. Я к этому готовила свой коллектив, что так может быть, что мы можем провалиться в загрузке. Я не брала людей уже на работу на открытые вакансии, я не делала больших закупок, я не делала больших покупок. Инвестиционный бюджет весь полностью был закрыт с начала года. Поэтому некая подготовка, больше моральная, наверное, у меня была.

В феврале месяце мы еще работали довольно хорошо, потому что и пилоты летали, и самолеты чинили, индивидуальные гости, командировки – все еще было. В марте я понимала, что по сравнению с другими гостиницами я имею гораздо более высокую загрузку, уже много кто провалился, там, до 10-15, я стояла еще на 60. В апреле я уже спустилась до 30% загрузки. И вот когда уже мы начали по Роспотребнадзору закрывать шведку, моментально, вот тогда мы понесли людям завтраки в номера. Конечно, это было неожиданно, конечно, я не была готова имеющимся своим потенциалом фото сразу всех пустить как бы на разнос завтраков, при том, что хотелось еще гостю угодить, сервис-то никто не отменял. Поэтому вот завтраки были первым вот этим маячком, когда мы понесли людям в номера и начали индивидуалов уже обслуживать максимально закрытым типом.

После этого, вот в марте мы еще жили на какой-то более-менее 30-процентной загрузке, но, честно говоря, я задумывалась о том, чтобы начать консервироваться, и один из корпусов я уже успела даже в начале апреля законсервировать, полностью закрыть, не выводить (у меня люди работают вахтой) еще одну вахту на работу. Но благодаря, наверное, я даже не знаю, удаче, предприимчивости, чему-то, безбашенности моей 21 апреля ко мне заехала самая первая группа на карантин. Я была первопроходцем рынка, наверное, тем, кто рискнул.

Дударенко Виталий: Карантин – это что?

Екатерина Проценко: Это люди, которые ехали на вахту, но их не пустили до тех пор, пока они не сдадут тесты, не отсидят 14 дней.

Дударенко Виталий: То есть это не медики?

Екатерина Проценко: Нет, не медики, нет. Это совершенно, конечно, другой уровень бизнеса, это не hospitality, это не гостиница, это не санаторий, не пансионат, не дом отдыха и это не больница, не обсервация, но это карантин, это другая услуга. Я решилась на это, ко мне заехало 400 человек одним днем. Это был дикий ужас. Мы это пережили, но на две недели в условиях пандемии я обеспечила огромную загрузку гостиницы, я тут же начала выводить людей на работу, они не могли ко мне приехать из других городов, потому что все перекрыто.

То есть перевернуть бизнес за сутки мне удалось полностью с ног на голову, потому что другой уровень обслуживания, другая охрана, нужно было решить вопрос с медиками, постоянно стоящая скорая, которая берет анализы у людей. При этом имеющиеся там три калеки частных гостей в шоке от происходящего вокруг. Развести потоки, объяснить людям, моим сотрудникам, чтобы они тоже не боялись, обеспечить разнос в одноразовой посуде еды в номера. Это совершенно другой уровень бизнеса, я говорю, это далеко не hospitality. И люди, запертые на 14 дней – это совершенно другая стратегия поведения, с ними вести себя нужно иначе, а мы-то все hospitality.

Поэтому я говорю, за сутки я перевернула бизнес наших собственников просто с ног на голову, но при этом я заработала денег, которыми я смогла заплатить зарплату своим людям, причем я не сократила штат ни на одну единицу. У меня все остались с доходами, в прежнем уровне, с премиями. И вот на вот этой целевой аудитории, новой для нас, на карантине мы и живем на самом деле до сих пор. У меня есть до сих пор эта загрузка.

Дударенко Виталий: А у вас большое количество вот аутстафф-персонала?

Екатерина Проценко: Сейчас у меня нет ни одного человека из аутстаффа и аутсорса, у меня только штатники, потому что я получила все субсидии от государства, все возможные субсидии.

Дударенко Виталий: Это классно. Касаясь опять-таки блога, «Фейсбука» и всего того, социальных сетей, есть понятие у GM-ов, действительно, и я могу много назвать, это и Юнис Теймурханлы наш, питерский, и Станислав Кондов, который Radisson управляет, понятие личного бренда, и через личный бренд продажа своего детища, своего отеля. Вот как у вас, вы ощущаете себя, вот прокачиваете свой личный бренд?

Екатерина Проценко: На самом деле то, что партнеры, гости и коллеги в том числе как стыковочный отель выбирают именно наш, да, я это чувствую. Сказать, что это дает мне допнагрузку, вернее, допзагрузку, – нет, на самом деле этого нет. И все-таки я на маркетинг училась, для бренда нужно много лет, для его формирования, наверное, столько моя история на «Фэйсбуке» в «Инстаграме» еще не набрала. И я себя как человек бренда сама так точно не воспринимаю, просто я очень публичная личность, которая любит внимание, вот и все.

Дударенко Виталий: Да, вы много где выступаете, вы участвуете в образовательных тех же программах, то есть как бы это же все равно все влияет, пусть не напрямую, но косвенное влияние, я уверен, что…

Екатерина Проценко: Я говорю, я, наверное, больше как девочка, да, там, хочется внимания, хочется самореализации, обратной связи, все ли я правильно делаю относительно бизнеса, обучения какого-то, общения с коллегами, дополнительного нетворкинга. Но, наверное, я понимаю, что это не дает какой-то глобальный результат именно для отеля, хотя я, конечно, стараюсь максимально, везде где только можно, и SkyPoint тоже использовать.

Дударенко Виталий: Не могу не спросить вопрос про мотивацию, про вашу личную мотивацию. Что вами двигает вот в профессиональном плане, заставляет продолжать двигаться вот по карьерной лестнице ступенька за ступенькой?

Екатерина Проценко: Не знаю, я люблю то, что делаю. Я не могу сказать, что прямо вот амбициозно у меня желание достигать каких-то целей по карьерной лестнице, наверное, я бы не сидела тогда в 3-х звездах, да, довольно далеко от центра Москвы. Я, правда, люблю то, что делаю, и здесь я вижу результат своей работы. И вот этим результатом живу я и живет дальше мой коллектив.

Дударенко Виталий: Если говорить про какой-то итог, итог пандемии, сейчас же многие говорят вот про оптимизацию бизнеса и прочее, прочее, и каждый для себя, даже я на своем отеле, сделал какие-то маленькие оптимизации, которые не замечал раньше, но которые сейчас кажутся: ну как ты жил в тучные годы и не замечал этого? Ну понятно, потому что был текущий процесс. Вот для себя какие-то лайфхаки, может быть, вот что-то вынесли, что сейчас уже будет работать на постоянной основе, чего не было раньше?

Екатерина Проценко: Снизила списание кофе на шведке, потому что выяснилось, что у меня активно его, оказывается, пьют сотрудники, вот прямо по чесноку, то есть вот какие-то такие мелкие, элементарные вещи, конечно, всплыли, всплыли сильно. Расходники смогла очень многие сократить, которые раньше казалось бы невозможно сократить. Конечно, совместила очень многие между собой должностные обязанности, но это не есть хорошо. Когда вернемся в обычную жизнь, я верну это как было, потому что это вынужденная мера, потому что линейки очень сильно не хватает.

Наверное, совместила раньше несовместимые потоки, то есть сейчас, например, у меня есть столовая, где у меня питаются офисники, у нас огромное количество арендных площадей. И раньше мне было важно, чтобы пилоты ели в одном месте, офисники – в другом, сейчас все едят в одном и вроде бы все примирились друг к другу. Это оказалось не так страшно, как казалось меня до этого. Поэтому нюансов всплыло много, это правда, но сказать, чтобы я прямо глобально соптимизировалась… Если я сейчас как бы по тонкому льду где-то хожу, он потом лопнет и будет хуже, стараюсь сильно не ужиматься. Хотя мы и так экономно очень всегда жили, жизнь обязывает. Но что-то всплыло, да, полезного много всплыло, по мелочи.

Дударенко Виталий: Вы сказали про субсидии от государства, это круто, да. Кто-то их не смог получить, кто-то смог как в полном объеме. У нас самая главное субсидия государства – это акция Ростуризма. И я видел, что одной галочкой TravelLine вы подключились. Вот что вы думаете про эту акцию вообще, то есть вот взгляд отельера, честно?

Екатерина Проценко: Даже когда было на 7 дней, там было тяжело подключиться, именно поэтому, а у меня был очень сильный operationg, именно поэтому я не подключилась, даже имиджево бы стоило в этом поучаствовать, даже зная, что в аэропортовской гостинице 7 дней никто не живет как бы. Но тут у меня победил operating, к сожалению, я не смогла этому должное время посвятить. Сейчас было все просто технически, галочку поставили, созвонились, все отработали, все работает, все здорово.

Насколько я знаю, фидбэк на рынке хороший в основном от рекреаций и от тех, кто на море находится. Попробуем инициативу. Любая инициатива от государства, которое пытается помочь бизнесу, должна быть приветствована бизнесом, дабы инициативы не перекрылись. Поэтому я «за», буду смотреть статистику, честно вывешу, что, как у меня будет. Хотя, честно, сегмент не мой, ко мне на 2 дня никто не едет. И у меня если будет статистика, она будет очень четкая: все, кто на 2 дня, точно едут по этой акции. Поэтому выведу обязательно тренды, все покажу.

Дударенко Виталий: Да, то есть коснулись прошлого, коснулись настоящего, немножко надо коснуться будущего. То есть понятно, что гостиничная отрасль – она одна из тех, кто действительно очень большой прессинг со стороны пандемии. Вот в ближайшие год-два чего вы ждете для всего рынка, ну и в частности для вашего сегмента?

Екатерина Проценко: Для всего рынка, честно, думаю, что международный туризм в следующем году с колен не встанет, то есть к нам иностранцы глобально не поедут. По России, наверное, народ будет продолжать путешествовать, это неплохо для будущих поколений – свою страну знать. Наверное, я очень искренне надеюсь, что регионы подтянут сервис, потому что уже много кто хает, ругает, есть повод, куда подтягиваться. Пример тому Сочи, который тоже тяжело начинал, а сейчас показывает очень хорошие результаты и по объектам, и по сервису, и по услугам. Поэтому я думаю, что мы немножко подтянем тем самым hospitality вообще в России по сервисной составляющей, потому что все-таки искушенный уже гость едет, все знают, чего хотят и что по соотношению «цена – качество» должно быть.

Относительно 22-го года, вот там начнем потихонечку подниматься. Но перспектив на 21-й… План, я сейчас бюджет ставлю, аналогичный 19-му году, потому что это хотят видеть собственники, прямо не отрицают, но понимаю, что выполнить его смогу, наверное, процентов на 60-65, не больше.

Надежд глобальных, что мы поднимемся, у меня реально нет. Естественно, стремление есть, отдел продаж я должна подзадорить, чтобы у них было желание, выполнение. И обозначаем точки, где мы в большом плюсе по сравнению с прошлым годом, у нас двое соседей закрылись, минус конкуренты. При этом из этих соседей люди пришли к нам из отдела продаж и сказали: «К нам продолжают идти звонки, мы за агентские готовы передавать вам какие-то группы», Суперздорово, будь любезен, свой сегмент поддерживай. Да, тут убыло, но тут прибыло.

Плюс все-таки вот этот сегмент карантина для нас появился, им я тоже постараюсь что-то компенсировать, Международные рейсы ждем, они нас спасут, но пока надежд глобальных… не знаю, в сентябре следующего года, может быть, что-то полетит, но тоже не в прежнем объеме. На прежний объем года через 3-4 выйдем.

Дударенко Виталий: Даже так?

Екатерина Проценко: Думаю, что да.

Дударенко Виталий: Но в следующем же году планируется и «Евро», хотя оно только там «Евро 2020», тот, который был, только Петербурга касается. То есть это не даст какой-то толчок к развитию того международного туризма?

Екатерина Проценко: Смотрите. В этом году в Сочи были впервые проведены гонки со зрителями, да, «Формула-1». Одни прошли, и все.

Дударенко Виталий: Согласен, согласен, да.

Екатерина Проценко: Поэтому тут как бы есть вроде бы динамика, но она опять чем-то оттормаживается. Опять же все-таки я уверена, что вирус очень сильно трансформируется, и, возможно, не будет пандемии, не будет закрытий, но люди все равно будут перебаливать. И будут перебаливать, к сожалению, наши сотрудники, и от этого их больше не становится, сервис лучше не становится. И это тоже очень тяжелый… Одно дело, когда там у тебя… у меня общежитие, люди живут в 6-местных, 7-местных комнатах. Если вдруг у меня заболеет кто-то один, у меня выпадают 7 бойцов, а это, как карточный домик, складывает полностью все мое предприятие. Поэтому перебаливать люди будут, к сожалению, это в том числе будет тоже косить бизнес.

Ну и плюс, наше государство не дремлет, нас штрафуют просто тотально за все, что только можно.

Дударенко Виталий: Ну ладно, не будем заканчивать на штрафах. Давайте закончим на какой-нибудь позитивной ноте. Например, представьте, что вы мэр Москвы…

Екатерина Проценко: Ой, нет, ни в коем случае. Что вы? Нет!

Дударенко Виталий: Нет, то есть, условно, человек, который может повлиять на ситуацию. Вот что бы вы сознанием отельера и с точки зрения власти сделали бы для того, чтобы…

Екатерина Проценко: Нет, можно я девочкой останусь? Не хочу, нет. Нет, это слишком глобальная ответственность. Опять же, я не понимаю возможностей страны, бюджета, политической составляющей, рисков. Я бы сейчас могла сказать: я бы открыла все страны, чтобы все начали путешествовать, но опять же это риск здоровью других людей, и это слишком большой объем ответственности, которую можно на себя взять. Нет, хоть иногда хотелось бы оставаться девочкой, а не генеральным менеджером. Я пас.

Дударенко Виталий: Хорошо. Да, Екатерина, спасибо большое вам, что приняли в гости.

Екатерина Проценко: Спасибо, что приехали.

Дударенко Виталий: Приезжайте к нам в Петербург.

Поделиться публикацией
Смотрите также
«МОЯ ЖИЗНЬ – ЭТО «АЛЬФА» И ОТДЫХАТЬ СЕЙЧАС НЕКОГДА» - ОКТАЙ ЮНИСОВИЧ САФАР-ЗАДЕ, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ...
«АКАДЕМСЕРВИС» ПРИЗНАН ЛУЧШИМ РОССИЙСКИМ ТУРОПЕРАТОРОМ И МИРОВЫМ ТУРИСТИЧЕСКИМ ЛИДЕРОМ В СФЕРЕ...
ПОТОЛКУЕМ С ЮЛИЕЙ ПЛОТНИКОВОЙ. МОСКОВСКИЕ ОТЕЛЬЕРЫ ОБ УРОКАХ ПАНДЕМИИ. ЧАСТЬ 1 И ЧАСТЬ 2.
Подписаться на еженедельную рассылку Hotelier.Pro
Комментарии